Просматривая старые номера журнала «Телевидение и радиовещание», я обнаружила небольшую, но любопытную информацию. Заинтересовала она меня своим названием – «Теплота Сибири», и авторством: её написал болгарский журналист Борис Вужев 30 лет тому назад, будучи в России. Да, давно это было, как быстро летит время. Тогда шло грандиозное строительство Байкало-Амурской железнодорожной магистрали (БАМ). Её называли стройкой века. Труднопроходимая тайга. Необжитой и сказочно богатый сибирский край: залежи цветных металлов, железной руды, угля. Многочисленные отряды добровольцев отправлялись на БАМ. Ехали с молодецким задором, с песнями:

И снег, и ветер,
И звёзд ночной полет…
Меня мое сердце
В тревожную даль зовет…

Работали в тяжелейших условиях. По пояс в снегу, сначала топорами и пилами, потом с помощью подоспевшей техники отвоевывали таежное пространство. И вот уже появились щитовые домики. А уж когда испекли первый хлеб – «божественным даром» показался он всем. Морозы стояли трескучие: минус 30 – 45 градусов, руки к металлу прилипали. Отогревались у костра, возле которого пели песни, веселые, задорные частушки, читали стихи; шутки, юмор… Вот такая «теплота сибирская» среди глухой, завьюженной тайги и запомнилась болгарскому журналисту. Он был тогда откомандирован болгарской радиостанцией «Младост» в Россию, на строительство БАМа. Побывал в Иркутске, Братске, Усть-Илимске и других городах Сибири, откуда передавал в Болгарию свои репортажи.

И вспомнились мне встречи в Москве, на радиостанции «Маяк» с первопроходцами БАМа.

«Трудности мы испытывали неимоверные, - рассказывал один из них, Аркадий Сергеевич Калугин. – Сколько километров прошли по таежным дебрям – не сосчитать! Мы были первопроходцами, путь наш был «далёк и долог, и нельзя повернуть назад». А уж какая дружба у нас была – настоящая, «закаленная ветром и стужей, и зноем». Много лет прошло с тех пор, а всё ещё встречаюсь, созваниваюсь со старыми друзьями-бамовцами, - говорил Аркадий Сергеевич. Улыбнувшись, он продолжал: «Помню, как в сильную жару досаждали нам комары да мошки. Это бич в тайге. Но приспособились. И могу поделиться опытом. Мы находили муравьиную кучу, расстилали на ней на несколько минут носовые платки, потом стряхивали муравьев и обтирали лицо, руки: комары не любят муравьиную кислоту».
Заметка болгарского журналиста, побывавшего в России, навеяла эти теплые воспоминания. Он вместе с российскими парнями и девчатами на БАМе валил вековые ели, утопал в снегу, варил кашу на костре – и везде его принимали как родного брата. Всматриваясь в историю взаимоотношений наших двух славянских стран, убеждаешься в их искренности и доброжелательности. Сквозь века прошли они, проверены временем, разного рода испытаниями. В Софии, в Пловдиве воздвигнуты памятники героям русско-турецкой войны 1877 – 1878 гг., воинам России и болгарским ополченцам, освобождавшим Болгарию от османского ига. В центре Москвы стоит памятник-часовня в честь тех боевых сражений. То было в XIX веке. А в 1923 г. россияне установили в Крыму памятник-обелиск славному сыну Болгарии Гаврилу Стамову. Имя его внесено в Книгу вечной славы крымского города Феодосии. По воле судьбы Гаврила Дмитриевич Стамов оказался в России в первые годы становления Советской власти. Он был председателем революционного комитета в Старокрымском районе. Сложное было время: власть переходила то в руки большевиков, то – белогвардейцев. Однажды, когда белогвардейцы в очередной раз захватили Крым, они арестовали многих жителей, в том числе Г.Д.Стамова. Местная интеллигенция выступила в его защиту. В заявлении говорилось: «Гаврила Стамов является, безусловно, самым честным и благородным человеком среди своих односельчан… человеком гуманным, мягким и примиряющим». Высвободить Г.Д.Стамова помогал и русский писатель Викентий Викентьевич Вересаев.

Впоследствии в своем романе «В тупике» он расскажет о том неспокойном времени. Прототипом одного из героев романа – Михаила Корсакова – является Гаврила Дмитриевич Стамов, приехавший когда-то в Россию и разделивший с ней трудные годы. К сожалению, 26 октября 1923 г. он погиб от рук бандитов, которые устроили засаду на дороге и расстреляли руководителей города, ехавших в машине.

Похоронили его в Старом Крыму. Установили памятник. Сын – Василий Гаврилович Стамов, заслуженный художник Российской Федерации, собственноручно выполнил барельеф на обелиске. Болгарская семья Стамовых, можно сказать, приросла к России. Куда бы ни забросила их судьба, непременно возвращались сюда, в причерноморский город Коктебель, где прошли детские и юные годы. Здесь прикоснулись к красоте Природы: завораживали и вдохновляли будущих художников золотистые зори и закаты, синь моря, белых чаек полет, манящие вершины гор Кара-Дага. Василий Стамов прошел путь от сталевара до ведущего скульптора. В Петербурге, в Русском музее экспонируются его композиции в мраморе «Утро», «Девушка с книгой». Он – автор памятника защитникам Ленинграда. Татьяна Гагарина (Стамова) – уже третье поколение этой славной болгарской фамилии. Она закончила Академию художеств и тоже стала известным скульптором. Свое творчество посвятила любимому писателю Александру Грину.

Есть под Москвой местечко Мураново. Оно дорого россиянам своей историей, памятно и болгарам: здесь побывал известный болгарский поэт, писатель Иван Вазов. Из XVIII в. тянется родословная дворянского поместья Мураново. В 1799 г.

дочь московского богача Петра Алексеевича Татищева – Екатерина вышла замуж за блестящего офицера Льва Николаевича Энгельгардта. Он был двоюродным племянником князя Григория Александровича Потемкина и некоторое время служил у него адъютантом. Участвовал в военных сражениях под начальством легендарного фельдмаршала Петра Александровича Румянцева-Задунайского и великого полководца Александра Васильевича Суворова. Когда семья Энгельгардтов приобрела подмосковное имение Мураново, то в память о своих боевых походах в царствование Екатерины II и Павла I Лев Николаевич установил возле дома две пушки. И в дни рождения членов императорской фамилии устраивал пушечный салют, чем радовал себя и именитых гостей, которыми всегда был полон дом. Любил бывать здесь герой Отечественной войны 1812 г., поэт-партизан Денис Васильевич Давыдов, тем более что он был женат на племяннице супруги Энгельгардта. Он ввел в эту семью поэта Евгения Баратынского, который вскоре женился на старшей дочери Энгельгардтов – Анастасии. Был он дружен и с Пушкиным, с Дельвигом, Кюхельбекером. Пушкин писал: «Баратынский – прелесть»; «Наконец появилось собрание стихотворений Баратынского, так давно и с таким нетерпением ожидаемое. Спешим воспользоваться случаем высказать наше мнение об одном из первоклассных наших поэтов…». Лучшим другом Баратынского был Николай Васильевич Путята, адъютант при генерале А.А.Закревском в Финляндии. Путята тоже породнился с семьей Энгельгардтов, женившись на их младшей дочери - Софье. За десять лет супружеской жизни Баратынского взрастало и весело шумело его семейство: три сына и четыре дочери. Дом стал маловат. И поэт, обладая архитектурными способностями, по своим чертежам перестроил его. С любовью писал он о мурановском поместье:

Я помню ясный, чистый пруд;
Под сению берез ветвистых,
Средь мирных вод его три острова цветут;
Светлея нивами меж рощ своих волнистых,
За ним встает гора, пред ним в кустах шумит
И брызжет мельница. Деревня, луг широкий,
А там счастливый дом… туда душа летит…

После скоропостижной смерти Баратынского Мураново, в результате раздела наследства, перешло семье Путяты. Николай Васильевич Путята, будучи председателем «Общества любителей русской словесности» при Московском университете, гостеприимно растворил двери мурановского дома литераторам. Сюда приезжали писатели Николай Васильевич Гоголь, Сергей Тимофеевич Аксаков, поэтесса Евдокия Петровна Ростопчина, автор эпиграмм и приятель Пушкина – Сергей Александрович Соболевский, писатель и музыкальный критик Владимир Федорович Одоевский, поэт Федор Иванович Тютчев. Лишь появились в печати стихи Тютчева, и о нем, как о выдающемся явлении русской поэзии заговорили Жуковский, Плетнев, И.С.Тургенев, Некрасов. С необычайной одухотворенностью писал он стихи: «Весенние воды», «Весенняя гроза», «Чародейкою зимою околдован лес стоит», «Я встретил вас – и всё былое…».  И.С.Тургенев говорил, что «Тютчев… создал речи, которым не суждено умереть». И действительно, крылатым стало его четверостишие:

Умом Россию не понять,
Аршином общим не измерить:
У ней особенная стать –
В Россию можно только верить.

У Федора Ивановича Тютчева от двух браков было семеро детей. Сын Иван Федорович женился на единственной дочери Н.В.Путяты – Ольге Николаевне. Старшая дочь Тютчева – Анна Федоровна вышла замуж за писателя Ивана Сергеевича Аксакова. Так что преемственность поколений продолжалась. И все они гостили в Муранове, которое спустя какое-то время после смерти Ф.И.Тютчева стало музеем. Его возглавил внук поэта – Николай Иванович Тютчев. В июле 1895 г. Мураново посетил болгарский писатель, поэт, общественный деятель Иван Минчов Вазов. Родился он в 1850 г. в городе Сопоте. Начальное образование получил в местной школе, был помощником болгарского просветителя, отца поэта и революционера Христо Ботева – Ботю Петкова. Кстати, Христо Ботев получил образование в России. Иван Вазов учился в Пловдивской гимназии. Он много читал, любил произведения Пушкина, Лермонтова. Начал писать стихи. Работал учителем, переводчиком. Горячо откликнулся на освободительную борьбу своего народа против османского ига. В стихах он прославлял мужество болгарских и российских героев русско-турецкой войны 1877 – 1878 гг. Среди них - Васил Левский и генерал-фельдмаршал Иосиф Владимирович Гурко; Тодор Каблешков и руководитель обороны Шипки, русский генерал Федор Федорович Радецкий; Георгий Раковский и командир болгарского ополчения Николай Григорьевич Столетов; Христо Ботев и выдающийся полководец, генерал Михаил Дмитриевич Скобелев. В русско-турецкой войне 1877 –1878 гг. участвовали выдающиеся российские хирурги Николай Иванович Пирогов, Сергей Петрович Боткин, Николай Васильевич Склифосовский, писатель Всеволод Михайлович Гаршин, известные русские художники Василий Васильевич Верещагин, Василий Дмитриевич Поленов. Мать полководца М.Д.Скобелева – Ольга Николаевна Скобелева во время той войны возглавляла общество Красного Креста в Болгарии. Эта энергичная русская женщина многое сделала по устройству лазаретов, больниц, по их оснащению и снабжению. Она открыла в Филиппополе приют на 250 детей, чьих родителей зверски уничтожили башибузуки. К сожалению, Ольга Николаевна Скобелева погибла в Болгарии от рук бандита-грабителя, когда она везла дорогую церковную утварь и большую сумму денег в детский приют. Героическому подвигу русских воинов и болгарских ополченцев, плечом к плечу бившихся за Шипкинский перевал, Иван Вазов посвятил одно из лучших своих стихотворений «Ополченцы на Шипке». Но вот отгремели бои, где «кажется, достигнут храбрости предел…»

И теперь – лишь буря грянет на Балканы,
Вспоминают Шипку горы-великаны,
И проносит эхо гром былых побед
Через перевалы, вдоль грядущих лет.

Идея национального освобождения родной Болгарии стала главной темой в творчестве Ивана Вазова:
Болгария! Тебе священной
Я песней воздаю почет,
Тем ранам, крови той бесценной,
Что из груди твоей течет…

Стихи свои Иван Вазов читал русским друзьям в Муранове. Рассказал он и о своем воспитаннике, которого подобрал на улице. Однажды поэт встретил подростка – худой, в лохмотьях, он стоял с протянутой рукой. «Откуда ты, мальчуган?» - «Я из Батака. Знаешь ли Батак?». Иван Вазов приютил мальчика в своем доме. Его звали Иванчо. Он стал ходить в школу. А потом Иван Вазов написал прекрасные по своей эмоциональности и правде стихи, назвав их «Воспоминания о Батаке». Это искренний рассказ мальчика Иванчо. Автор сохранил детский стиль повествования, и от этого стихотворение с еще большей силой поражает наше воображение, заставляет содрогнуться от ужаса и жестокости войны. Вот отрывок из этого стихотворения:

Сам я из Батака, - знаешь ли Батак?
Далеко отсюда, где-то за горами…
Без отца, без мамки, сирота-бедняк,
Я бреду, озябший, зимними полями.

Ты не слышал разве, дядя, про Батак?
Далеко отсюда, где-то за горами…
Так прошу я хлеба, сирота-бедняк,
И бреду, озябший, зимними полями.

Находясь в подмосковном Музее имени Ф.И.Тютчева «Мураново», Иван Вазов увидел на стене одной из комнат портрет Михаила Дмитриевича Скобелева (эту фотографию генерал лично подарил писателю Аксакову). Болгарский поэт поклонился российскому полководцу, «равному Суворову» и произнес:

Россия! Свято нам оно,
То имя милое, родное;
Оно, во мраке огневое,
Для нас надеждою полно.