Этот девиз древних римлян он сделал своим. С раннего детства Судьба застила его тропку наверх терниями, но маленький человечек с достойным титанов упорством пробивался сквозь них. Все выше и выше, к ослепительно сверкающим в небе белоснежным вершинам. Откуда рукой подать до звезд. Он знал, что там дорога обрывается. Дальше только полет. Но это не страшно.  В пути маленький человек взрослел, мужал, превратился в прекрасного Икара. В пути же и выросли у него крылья. Стоит взмахнуть ими и полетишь. Туда, в беспредел, к сиянным смеющимся звездам…

О его юных годах в Софии рассказано немало2. Как и о дальнейшей жизни – во множестве публикаций болгарских журналистов3. Напомню лишь о самых крутых тропах его восхождения.

1944 г. Ї -Ростовских, укрывшаяся в Болгарии от послереволюционного советского разбоя, оказалась в полыми нового болгарского коммунистического террора:  аресты, высылки, расстрелы, экспроприации. Особенно не церемонились с белоэмигрантской «сволочью». Уже сослан в Белене дядюшка Н.И. Лобанов.  На очереди и отец, работавший бухгалтером на Итальянской трикотажной фабрике. Она национализирована и в счет репараций стала советской собственностью. Отцу для видимости «пришивают» дело о хищении какой-то незначительной суммы. Выход один бежать из страны.  К чему настойчиво призывал и дед из Парижа Василий Васильевич Вырубов.

1946 г. Побег не удался. Уже на территории Греции беглецов отца, мать и маленького Никиту схватили болгарские пограничники, вернули в Софию. Тюрьма не пощадили и ребенка. Недоедание. Дистрофия. По этой причине мальчишку, наконец, выпустили на «свободу». В никуда. Одного, без родителей.

1947 г. Никто из знакомых не хотел приютить арестанта. Пригрела сердобольная няня. В то время судомойка в русском ресторане. Не желая быть нахлебником у своей бедной няни, по утрам маленький принц отправлялся с ящиком для щеток и ваксы на заветное местечко на ул. «Царь Иван Шишман» чистить обувь прохожих.  Через год освободили и родителей. Время, проведенное 11-летним Никитой в каталажках, Ї .  Уже став респектабельным господином, блистательным английским денди, он всегда, при случае, мрачно повторял: «В прошлом я зэк. И этим все сказано!». С этой же фразы началось и наше с ним знакомство в Лондоне в 1989 г.

1948-1953 гг. Воссоединившаяся ненадолго семья поселилась в тогдашнем предместье Софии Горна баня. Бедствовали хлебных карточек у «тунеядцев» не было. Поддерживали посылки родственников из Франции. Часть вещей меняли на продукты.  «Я стал воровать, Ї , Ї , овощи с окрестных полей. А для обогрева нашей комнатушки темной ночкой залезал в соседские сады, обрубал с деревьев сучья, тайком таскал уголь из станционного склада». Вскоре отец исчез вышел за молоком в лавку и не вернулся. Уже в новые времена, в 1992 г., Лобанов узнал о его судьбе из предоставленного для ознакомления дела: отца снова арестовали за то, что не выполнил условие, под которое был освобожден из тюрьмы, Ї -белоэмигрантов; 13.10.1948 расстрелян в Пазарджиском лагере смертников, сметенном с лица земли после уничтожения всех его затворников.

Мать ходила по мукам Ї бесследно исчезнувшего мужа. Никита ходил в школу и одновременно, со свойственной ему одержимостью, занимался плаваньем. Внял совету врача Ї укрепить спортом здоровье. Упорство вознаграждено 1951 году он чемпион Болгарии среди юношей по плаванию стилем брас на 100 и 200 метров. Но в его стремлении стать хорошим пловцом было и другое в тайниках сознания гнездилась мысль, в сути которой он боялся признаваться даже самому себе, Ї .  И только теперь в своих «Записках коллекционера» он решился высказать ее: «Этот успех был для меня подтверждением аксиомы Дейла Карнеги:  для того, чтобы преуспеть в этой жизни, нужно выкладываться на 10-15 процентов больше, чем другие. Эта аксиома очень помогла мне, когда я профессионально занялся банковским делом в США. Стиль, и сам вид спорта я выбрал не случайно. Убежать из коммунистической Болгарии можно было вплавь, а брасс — единственный стиль, который позволяет видеть, что делается вокруг. Затем события развивались подобно сюжету фильма «Восток — Запад»…»

Вот так, подобно герою этого фильма, доплыть до какого-нибудь иностранного судна, а на худой конец и в Турцию. И очутиться, наконец, на Свободе.  Через 52 года, в октябре 2003 г., Лобанов как бывший чемпион Болгарии по плаванью был удостоен С.-Петербургской Государственной академией физической культуры им. П. Ф. Лесгафта Орденом за спортивные заслуги.  Он очень гордится этой наградой пусть и запоздалой, пусть и от другой страны и полученной, кстати, в одно время с награждением его мантией и дипломом почетного доктора С.-Петербургского института живописи, скульптуры и архитектура РАХ. Звание доктора Хонорис Кауза, на мой взгляд, куда более значительное отличие, ведь оно получено «За выдающиеся заслуги на поприще искусства», т.е. за главное дело его жизни. Но у Лобанова иные критерии ценностей: спорт закалил его волю, выпестовал в нем качества, принесшие ему успехи и на других поприщах: в первой профессии геолога, в последующей банкира, в попутных коллекционера, общественного деятеля, политика. «Я усвоил на всю жизнь урок: только настойчивость в достижении цели и постоянная работа над собой и в определенном для себя направлении позволяет добиться успеха!»

А дальше вот что произошло: усилиями деда, Вырубова, ловким дипломатическим «трюкам» французского МИДа4 Никита с матерью получили, наконец, выездную визу из Болгарии. 

30 сентября 1953 г. «Ориент-экспресс» доставил их на Gare de Lion в Париже. Затем Оксфорд, где реализовал мечту детства стать геологом. В 1958 отъезд в США. Той же осенью поступил на геологический факультет Колумбийского университета в Нью-Йорке, изучал экономическую геологию (методы разработки рудных месторождений), получил степень магистра.  И дальше вверх по тернистым тропам странствование по свету в поисках своего Клондайка, своей «золотоносной жилы»: буровые установки Патагонии, добыча никеля в Венесуэле, поиски ртути на Аляске. Но скоро понял: на жаловании геолога, пусть и неплохом, денег не сколотишь! Но как их сделать, чтобы иметь возможность «жить в столицах, путешествовать по миру, покупать картины»? Однажды он спросил об этом своего коллегу по Оксфорду Оливера Фокс-Пита. «Есть три способа, Ї , Ї брак по расчету, работа в инвестиционном престижном банке (куда люди попадают по блату или семейным связям) или же — поступить в любой банк и делать карьеру снизу вверх. Лобанов выбрал последнее. Новый виток восхождения – путь в банкиры. Возвращается в Нью-Йорк, поступает в банк и, одновременно, на вечерний факультет в Нью-йоркского университета для изучения банковского дела.  Разве можно сомневаться карьера банкира (1961Ї1984), конечно же, удалась: помощник заведующего международным отделом Chemical Bank (ныне Morgan Chase Bank) в Нью-Йорке, помощник вице-президента финансовой корпорации Prudential, вице-президент Wells Fargo Bank в Сан-Франциско, где заведовал европейским, африканским и ближневосточными отделами, первый вице-президент Международного банка ресурсов и финансов в Лондоне. Наконец, последний вираж перед вершиной советник в аукционных домах Кристис и Сотбис, а затем в могущественной мировой алмазной компании Де Бирс (1988-1997).

Вот он и на макушке пика. С головокружительной высоты глянул вниз и увидел такие крутые и непреодолимые кручи, что аж сердце замерло: неужели я одолел их?! И, кажется, впервые у него в самом деле закружилась голова. Он перевел дыхание, взмахнул крылами и полетел. О радость полета! Наконец-то он познал истинное счастье!

Свободный, ни от кого независимый, позволяющий выражать свое мнение перед кем угодно, не взирая на лица, будь то английская королева или президент могущественной державы, он летит над миром и упивается счастьем осуществлять свое предназначение сеять разумное, доброе. Дарованное свыше и застолбленное подвижничеством.

Мало кто может не просто выражать суждения, подобные нижеприведенному, но и заставить услышать их: «Я позволю себе одну кощунственную культурологическую мысль. Относительная бедность музеев на нынешнем этапе становления Украины как независимого государства, есть следствие не только трагической истории ХХ века, но и огромного интеллектуального пробела в общей истории культуры Украины. <…> Если взглянуть на удивительную, мучительно трудную историю Украины, её вечную мечту о «незалежности», роль Польши, Литвы, России, на главные этапы этой истории: 1654 год и возникновение Малороссии, распад Польши и большевистская революция и многое-многое другое, можно только удивляться силе духа украинцев, пронёсших через всё это ощущение самих себя как единого народа.

Трагическая история огромной европейской страны, которая бесстыдно переписывалась много раз или большевистскими историками-подёнщиками или профессиональными писарями при самых различных хозяевах. Неприятно смотреть и на нынешние усилия Киева или Москвы откорректировать историю Российской империи соответствующим настоящему моменту образом. Боюсь, что, как показывает наш общий исторический опыт, эти попытки конъюнктурной, сиюминутной редактуры истории ни к чему хорошему не приведут. По моему скромному мнению, ответом на эти болезненные исторические и общественные сложности могло бы быть создание Украинской Общенациональной портретной галереи».5

Он рьяно взялся за ее осуществление. Для начала подарил Национальному музею пятнадцать шелкографий Экстер и масло Репина – этюд портрета одного из запорожцев к знаменитой картине «Запорожцы пишут ответ султану Ахмету 3-му». Затем, в 2002 г., еще две работы Сони Делоне, самой известной украинской художницы за пределами Украины, выставлявшейся во всех музеях мира. Сделал дар и музею Шевченко рисунок Тараса Шевченко (все это он когда-то приобрел у Ленинградского коллекционера Соломона Шустера).

Идея «заработала» довольно быстро князя услышал сам Президент Украины.  Во время следующего визита Лобанова в эту страну ему показали планы расширения Национального Художественного музея вдвое! Ї . На чертеже стояла подпись Леонида Кучмы. Грандиозность проекта поразила Лобанова, и он тут же предложил создать на этой площади два филиала: «Музей личных коллекций» и «Национальную портретную галерею». А попутно подкинул новую идею привезти в США передвижную выставку украинского модернизма. С этой целью стал колесить по Украине, лично отбирал в музеях, галереях и частных собраниях лучшие работы украинских живописцев этого стиля, нашел средства для реализации задумки через Международный фонд искусства и просвещения в Вашингтоне, членом совета директоров которого он является.

Три года назад Лобанов написал одному из своих московских знакомых: «Вскоре буду в Москве, поскольку в Филевском парке мне выдана «изба».  Выдана-то не просто так, не за его красивые глаза, а согласно специальному постановлению Правительства Москвы:  На территории Парка культуры и отдыха «Фили», в «Городе мастеров», построить Дом-музей князей Лобановых-Ростовских и предоставить его княжеской семье взамен на возврат исторических семейных реликвий на родину… Сказано сделано: и построили, и предоставили, и торжественно, под звуки фанфар и народного ликования, открыли 2-го сентября 2001 г. Цель была благороднейшей с одной стороны, «показать историю Российского государства через жизнь и деятельность рода князей Лобановых-Ростовских», а с другой бесплатно возвратить на родину княжеские сокровища. Лобанов отблагодарен за это назначением внештатным хранителем дома-музея при условии, что будет работать здесь, встречать гостей и проживать во время своих визитов в столицу России.  А вдобавок, в день церемонии, Ї «Святого Императора Николая II» 1-ой степени. 

(продолжение следует)

1 Продолжение, начало см. «Русская газета» №4, №5
2 Любопытствующих отсылаю к повести А. Горбовского «Бегълци, цял живот бегълци», «Съвременник» № 2, 2003, с. 456-490.
3 Первая Ї «Княз Никита Лобанов и неговият Клондайк» С. Балашовой появилась в журнале «М» (октябрь, 1990).
4 История получения Лобановыми выездной визы в обмен за заказанные Болгарией во Франции два локомотива подробна описана в вышеупомянутой книге Горбовского.
5 Воспоминания, стр. 203.