Впервые за последние 40 лет была восстановлена добрая традиция, отмечать памятные даты совместной российско-болгарской истории, особенно те, которые связаны с зарождением дружбы двух братских народов, скованной совместно пролитой кровью.

На Шипкинскую позицию наступал Сулейман-паша. С 21 до 26 августа он предпринимал непрерывные атаки, напрягая последние силы, чтобы овладеть перевалом. В течение первых трех дней этих упорных боев сражались и болгарские ополченцы.

В ночь на 21 августа генерал Н. Г. Столетов собрал военный совет и выразил надежду, что Шипку удастся отстоять, несмотря на многократное превосходство противника в силах.

«Будем стоять до последнего, ляжем костьми, но позиции не сдадим. А теперь по местам» — такими были его слова.
Атака Шипкинского перевала началась в 7 ч. утра 21 августа 1877 года. С юга наступали таборы Шакир-паши, а с востока — отборные части Реджеба-паши. Всего — 24 табора (половина состава армии Сулеймана-паши), поддержанные черкесской конницей. В тот день противник предпринял 11 атак. Но защитники перевала отбили их, причинив наступающим большие потери.

«На рассвете 9 августа, — отмечается в документах 36-го Орловского пехотного полка, — неприятель плотными рядами стал подниматься по склону горы Малык-Бедек. К 7 ч. утра он показался на вершине и сразу начал устанавливать там свои орудия. Достигнув гребня Малык-Бедека, турки толпой стали спускаться по склону к «Стальной» батарее, разворачиваясь для наступления...

Но огонь русских батарей косил цепи турок. На укрепленном пункте Орлиное гнездо турки были встречены залпами орудий и градом камней. Несколько раз его защитники вступали с атакующими в рукопашную, и каждый раз отбрасывали их на исходные позиции. Когда кончались патроны, ополченцы обрушивали на врага каменные глыбы, сметая его в ложбину. Но туркам удалось укрепиться ниже окопов роты и открыть оттуда ружейный огонь по защитникам. Ополченец Леон Крудов, схватив дымящую турецкую гранату, выскочил на бруствер и, крикнув: «Что же братцы, умирать так умирать»— бросился с нею на турок.

«Нельзя не помянуть добрым словом храбрые болгарские дружины —  говорилось в дневнике одного из русских офицеров, — будучи ослабленными, они занимали восточный склон вершины св. Николы (ныне Столетова). Это небольшое пространство заросло кустарником, что позволяло неприятелю совсем близко приблизиться к ним. Турки не раз почти достигали вершины, но дружинники отбивали их прикладами и камнями».

В тот горячий день каждый спешил на выручку другому, каждый чувствовал себя необходимым в бою. Тяжелораненые отказывались идти в лазарет на перевязку, предпочитали оставаться в строю, чтобы помогать товарищам. «Вся слава первого дня, — писал В. И. Немирович—Данченко, — принадлежит горстке орловцев и болгарским дружинам, среди которых находилось и 500 молодых болгар, совершенно неопытных, пришедших на Шипку за три дня до этого».
Во всех телеграммах, отправленных в районы военных действий 21 августа 1877 года, говорилось:
Шипка подвергается сильным атакам армии Сулеймана-паши. Наступление неприятеля началось утром. В настоящий момент бой в самом разгаре. Противник ведет атаку по фронту, пытаясь обойти нашу позицию с обоих флангов. Положение на Шипке критическое».

На исходе славного боевого дня герои  поклялись умереть, но не отступить с перевала. До позднего вечера слышались сигналы, зовущие турок в атаку и крики «Аллах» атакующих башибузуков и черкесов. В эти критические дни Шипкинской эпопеи особенно запомнился день 23 августа 1877 года. Противник изменил направление главного удара. Теперь все их внимание было сосредоточено на правый фланг Шипкинской позиции. Колонна Весселя-паши (отуреченный немец) действовала против русского левого фланга, причем некоторым ее частям было приказано предпринять обходное движение в направлении Габрово. В направлении Лисата-Гора была послана колонна Расима-паши с тремя горными орудиями. Для атаки позиции русских на правом фланге была выделена центральная турецкая колонна, призванная охватить вершину  с западной стороны. Общее командование двумя последними колоннами было поручено Шакиру-паше (тому самому, который возглавлял турецкий суд на софийском процессе по делу Левского). Таким образом Сулейман-паша 23 августа атаковал Шипкинскую позицию с трех сторон. Тридцать девять таборов были поддержаны 18 орудиями, установленными на соседних высотах.

Сулейман-паша, уверенный в победе, послал вечером 22 августа следующее донесение султану: «Русские не в силах сопротивляться нам, им не вырваться из наших рук. Если этой ночью противник не обратится в бегство, то завтра утром я возобновлю атаку и сомну его». Бой начался на рассвете артиллерийской канонадой. В атаку двинулись три турецкие колонны. Неприятель стремился решительным ударом овладеть вершиной и водрузить на ней знамя с полумесяцем. Но защитники стояли на своем посту. Они ответили ружейными и орудийными залпами. Только до полудня Сулейман-паша шесть раз атаковал Шипкинскую позицию, охватывая ее с трех сторон.
Турки шли напролом, в надежде сломить сопротивление защитников перевала. Особенно яростным был натиск на Волынскую высоту и Шипку. Один из офицеров болгарского ополчения писал в своих воспоминаниях: «Атаки не прекращаются, они участились и стали еще более ожесточенными. В наших рядах слышались возгласы: «Бейте их, юнаки! Умрем, как умирали наши прадеды». Истощенные нехваткой воды и продовольствия, испытывая страшную усталость после трехдневных непрерывных боев, страдая от невиданной августовской жары, русские воины и болгарские ополченцы из последних сил удерживали позицию. Гибли в неравных сражениях орловцы, брянцы, ополченцы. Наступил решительный час, когда от крови мутилось в глазах. Именно в такой момент прибыли долгожданные подкрепления. По всей позиции пронеслось громкое «Ура!», дружно подхваченное защитниками. Прибытие подкреплений влило в них новые силы, их радости не было границ. Начиная с этого момента, чаша весов начала перетягивать на сторону русских и болгар. Когда прошел слух о прибытии подкреплений, Самарское знамя развевалось на своем месте. Прибывшие стрелки 4-й стрелковой бригады восседали по двое — по трое на казацких конях. Общими усилиями турецкие полчища были отбиты.

Когда впоследствии встал вопрос о награждении болгарских ополченцев, то генерал Н. Г. Столетов настаивал, «чтобы их награждали в том же порядке, как это заведено для чинов, в частях нашей армии».

Весть о спасении Шипки распространилась по всем театрам войны. Иностранные корреспонденты продолжали посылать с полей сражений свои заметки и сообщения в редакции газет стран Западной Европы. «Пишите главным образом о моих храбрых полках и доблестном болгарском ополчении, которые, израсходовав боеприпасы, отбивали турецкие атаки камнями», писал Радецкий.

«Должен сказать, — заключает Млоховски де Белини, — что болгары смелые люди, даже когда они не вооружены».

А корреспондент «Дейли ньюс» Форбс заявил в Главной квартире русской армии в Горна-Студена:
«Преклоняюсь перед несокрушимым духом русских».

Получив поддержку с тыла, защитники Шипки  в течение 6 дней — с 21 по 26 августа 1877 года нанесли туркам сокрушительные удары, совершив подлинный подвиг. Недаром после войны Сулейман-паша был предан суду «за неумелые действия на Шипкинском перевале».
Шипка может служить ярким примером взаимной выручки и братской взаимопомощи двух народов, сражающихся во имя торжества справедливости и светлых идеалов. Здесь, на перевале и окружающих его высотах, решалась судьба войны, на карту была поставлена свобода народа. Защитники Шипки  выстояли, не пустив врага на север.

Когда в сентябре 1944 года части 3-го Украинского фронта проходили через Шипкинский перевал, маршал Ф. И. Толбухин написал следующие строки: «Приятно русскому сердцу видеть памятники своим предкам за пределами Советского Союза». Построенные полки на русском военном кладбище под вершиной Столетова дали винтовочный залп в честь героев Шипки — их отцов и дедов, павших вдали от родины за свободу братского болгарского народа. Только за одну ночь майор Л. Л. Гориловский сочинил стихи для мраморной доски, которая была установлена на памятнике русской боевой славы, воздвигнутом в том месте, где некогда стояла «Стальная» батарея. На ней, под выгравированным танком, можно прочитать следующие стихи, посвященные героям Шипки:

Вдали от русской матери земли,
Здесь пали Вы за честь отчизны милой.
Вы клятву верности России принесли
И сохранили верность до могилы.
Вас не сдержали грозные валы,
Без страха шли на бой святой и правый,
Спокойно спите русские орлы,
Потомки чтут и множат вашу славу.
Отчизна нам безмерно дорога,
И мы прошли по дедовскому следу,
Чтобы уничтожить лютого врага
И утвердить достойную победу.
Сентябрь 1944 г.

У вершины Шипка, под «Стальной» батареей, находится памятник 12 офицерам и 222 сержантам и солдатам 4-й стрелковой бригады, на большом кладбище установлены мемориальные плиты и доски. В 1879 году был воздвигнут и упомянутый 12-метровый памятник защитникам. На Орлином гнезде установлен массивный железный крест без надписи. С этого места открывается красивая панорама на Долину роз и водохранилище имени Г. Димитрова.

На вершине Шипка возвышается монументальный памятник свободы, к которому ведут 890 ступеней. Он сооружен по инициативе ветеранов-ополченцев болгарского общества «Шипка». Авторы проекта — архитектор Атанас Донков и скульптор Александр Андреев. Строительство памятника началось в 1926 году и длилось пять лет. Его торжественное открытие состоялось в 1934 году. В 1957 году памятник был обновлен в связи с разбивкой на месте памятных боев национального парка-музея. В работах по пластическому оформлению [84] интерьеров мемориала приняли участие архитектор Иван Васильев и скульпторы Иван Мандов, Дора Дончева, Мара Георгиева, Любен Димитров и Михаил Кац.

Подвиг героев Шипки увенчивает величественный памятник высотой 31, 5 метра. Отличаясь скромностью, но в то же самое время внушительностью форм, он по праву считается одним из лучших достижений болгарской архитектуры. У центрального входа установлен 8-метровый лев, вылитый из гильз на старом казанлыкском военном заводе. Под ним, на фронтоне, надпись: «Борцам за свободу». Интерьер мемориала украшен произведениями скульптуры и живописи. В цокольном этаже в специальном мраморном саркофаге покоятся останки защитников перевала. Здесь же установлена скульптурная группа — «Русский воин и болгарский ополченец», символизирующая их скорбь по погибшим товарищам по оружию. Высоко над ними — скульптурное изображение богини победы — Нике Самофракийской. “На вершинеШипки, возвышающейся в сердце Болгарии, слились кровь русских и болгар, чтобы сцементировать навеки, вопреки всем бурям и превратностям судьбы, болгаро-русскую дружбу, болгаро-русское братство”.

28 августа 2004 года  впервые после 60-х годов на легендарной Шипке прошли чествования.
Несмотря на плохую погоду, природа, как будто, хотела показать, как тяжело досталась победа и независимость Болгарии, были воспроизведены эпохальные бои. Специально для торжества подняли на вершину английское орудие, которое в течение получаса стреляло холостыми снарядами. Героические события, прошедшее более ста лет назад демонстрировали более ста человек. Во время театральных представлений четники стреляли из пушек типа “бердана” и чтобы показать драматичность событий на Орловом гнезде, где решалась судьба Болгарии, бросали чучела и камни вместо тел.

На торжественном мероприятии присутствовал Президент Республики Болгария г-н Пырванов, выступивший с благодарственной речью, в адрес героев-защитников.

Организаторы торжества надеются, что воссоздание тех исторических событий будут проводиться на “Шипке” каждый год.