Непредвзятое изучение российского зарубежья стало одной из актуальных задач современной науки. Объем и характер исследований, осуществленных в последние годы, позволяет говорить о появлении эмигрантоведения как нового направления в отечественной гуманитаристике.

Важную роль в изучении российского зарубежья играют встречи ученых: конференции, научные чтения, «круглые столы». Крутой поворот российской истории, происшедший в 1991 г., обострил внимание к проблемам исторического развития Российского государства, и, вероятно, поисками российского пути можно объяснить то, что среди научных докладов и сообщений велико число тех, что обращены к теориям, раздумьям российских эмигрантов о судьбах своей родины, предлагаемым ими национально государственным идеям, в числе которых — «сменовеховство» и евразийство.

Этот тезис подтверждает анализ названий авторефератов диссертаций, изданных на территории РСФСР — России в 1980 — 2003 гг. Всего в «Летописи авторефератов диссертаций», выпускаемой Российской книжной палатой, за этот период отражено 742 работы.

История политической эмиграции (деятельность составляющих ее партий, движений и их лидеров, идейные искания и борьба) является вторым по степени разработанности авторами диссертаций пластом после творчества представителей литературной, философской, научной эмиграции. Двадцать одна диссертация (четырнадцать — в области философии1, три — в области политологии2, две — истории3, одна — социологии4 и одна — юриспруденции5) посвящены различным аспектам пореволюционного эмигрантского течения евразийства, его истокам и современности, в то время как другому учению — «сменовеховству» («нововеховству») посвящены три диссертационных исследования6. И это без учета работ, посвященных творчеству отдельных представителей этих учений. Причем из названных двадцати одной тринадцать, то есть абсолютное большинство, защищались начиная с 1999 года (1992 — 1, 1993 — 1, 1994 — 0, 1995 — 3, 1996 — 2, 1997 — 1, 1998 — 0, 1999 — 2, 2000 — 1, 2001 — 2, 2002 — 3, 2003 — 5) — рубежного года для политических режимов в постсоветской России. Если вспомнить о связи науки и практики, то столь высокая популярность среди, надо полагать, неравнодушных к поискам российской национальной идеи исследователей учений, близких к фашизму (Федор Степун называл евразийство русским вариантом фашизма) и националбольшевизму (так характеризовал «смено «нововеховство» профессор Николай Васильевич Устрялов), вселяет тревогу за будущее страны...

Казалось бы, Россия, присоединившись ко многим международным соглашениям и приняв в 1993 г. Конституцию демократического правового государства, свой цивилизационный выбор сделала. Однако далеко не все с ним согласны. Так, 31 октября — 1 ноября 2001 г. в Москве прошла очередная конференция по евразийству: «Евразийство — будущее России. Диалог культур и цивилизаций», организованная АНО «Институт прав человека», МДО «Евразия» Государственной думы РФ, Евразийской партией России и Евразийским экономическим сообществом, в которой участвовал автор этих строк. Целью конференции было заявлено «выработка концепции развития Российского государства на основе евразийских ценностей». Выступавшие говорили, что евразийство — это важно и нужно, но никто не мог объяснить, что же такое это самое евразийство. И только С. Бабурин прямо сказал: «Когда мне говорят, что евразийство — это диалог цивилизаций, я плююсь. Диалог может быть только между посторонними. Когда диалог в одной голове — это шизофрения».

Идейно нравственное строительство должно стать фундаментом возрождения России. Вот только какую идею поставить «во главу угла»?

События в России в конце августа — начале сентября этого года, за которыми последовали известные программные заявления главы российского государства и ряда политиков, логично влекут за собой очередную постановку вопроса о том, какой же дорогой идти России.