На церемонии в Российском посольстве в Лондоне 13 марта 2006 г., по случаю награждения орденом «Дружбы», я закончил свое выступление словами:

“В России национальное опознание, отношение к родине, к стране, воспринимаются общественно, в том сознании «я» превращается в «мы». В советское время это «мы» принимало коллективное значение, в котором «я» жертвенно исчезало, растворялось в повиновении партии. Для русского человека, судьбой отдаленного от Родины, проявление своей русскости выражается не в стремлении отождествления с национальной общиной, а в утверждении своего «я» в русском духовном и культурном пространстве. Поэтому я очень рад и тронут наградой «Дружба, как признанием моего личного вклада в общее дело русской культуры.

Я был рад получить от Е.А. Евтушенко следующий отзыв:

30.03.06 г.
Дорогой Никита Димитриевич!
Ото всей души Вас поздравляю. Восхищаюсь Вашей неутомимостью и вежливым чувством юмора, которое с неоскорбительным чувством превосходства жизненного опыта позволяет Вам воспринимать награды с искренней, но умеренной радостью, не роняющей чувства достоинства.

Хотел бы только заметить, что слово «мы» не во всех случаях отменяет слово «я». Во время войны с нацистами, когда и на мою долю — тогда мальчишки выпали тяжелейшие испытание, я узнал и сохранил до сих удивительное счастье произносить слово «мы», когда столькие «я» были объединены общей целью — спасением Родины. Ее и сейчас надо спасать от очень многого — от нашего бескультурия, когда - увы! — многие из юного поколения не знают ни собственной истории, где наряду со многими войнами была и война против собственного народа, ни собственных подлинных героев, заслоненных героями фальшивыми — вроде Павлика Морозова - ни собственной литературы, философии, живописи, музыки. Народное «мы», не навязываемое никакой партией, но духовно скрепляющее людей в нацию высшими духовными целями, распалось, расслоилось, благодаря чрезмерно болезненному, порождающему комплекс неполноценности и вражду расстоянию между различными классами, как между высшими и низшими кастами и хотелось бы все-таки восстановить не насильственные, а естественные братские скрепы между людьми.

Искренне любящий Вас
Е.Евтушенко

Пользуясь возможностью расширить мои замечания, я черкнул Е.А. Евтушенко:

13.04.06
Дорогой Евгений Александрович,

конечно, большое Вам спасибо за добрые слова и чуткую характеристику. Всецело согласен с Вашим наблюдением!

Цель «я» была подчеркнуть историческое обстоятельств, — где Россия осталась с племенно-общественной психологией. Это было в царские времена, после революции, и продолжается сегодня.

Как показывает наш общий опыт, русский человек по натуре своей - не индивидуалист. Поэтому он все воспринимает аффективно и душевно. В результате эти «братские скрепы» духовно скрепляют людей в нацию, Россию. Как соборное «мы» в молитвах.

В России нет гражданского сознания, сознания прав и обязанностей. Коллективное сознание (и до советского времени) происходит от продолжительного общественного отчуждения России от Запада.

На Западе же была пройдена долгая и трудная дорога от «мы» крестовых походов до «я» эпохи Возрождения. Новая система ценностей, предложенная Ренессансом, раскрепостила человека от общинного ощущения себя как «мы» до индивидуального, свободного в выборе «я». И укрепила в сознании индивидуума понимание того, что «я» - столь же священно и абсолютно.

Ренессанс, в силу известных причин, не состоялся в России. Это, к сожалению, позволило сохранить варварское крепостное право до исторически совсем недавнего времени.

Опыт гражданского сознания ответственности всех и каждого в отдельности в России, к сожалению, пока ещё находится в зачаточном состоянии. Но трудно утверждать, что западные люди хорошие, а русские плохие или наоборот. Или хвастаться русской соборностью и ругать разобщённость индивидуалистского Запада. Есть исторические судьбы народов, которые предопределены не нами.

Естественно, у всех народов есть индивидуальные общие черты, что делает этот мир замечательно разнообразным и интересным. Русский человек примечателен своим почти жертвенным ощущением «мы» в ущерб личному «я». Он отзывчив и ждёт того же самого от людей вокруг него, поскольку русские по натуре своей - эмоциональные бессеребренники, всегда готовые разделить чужую беду. И это свойство натуры часто делает его существование на Западе трудным или сложным. Это конфликт между «мы» и «я». А ощущение разобщённости в относительно большой группе, объединённой по национальному признаку, и оторванности от земли «родимых пепелищ» и «отеческих гробов» всегда страдание. Этим была больна вся наша эмиграция.

Я полагаю, что универсальная концепция «Прав человека» будет прививаться в России ещё долгое время. Стоит вспомнить, что лозунг Кантона Женева «Un pour tous, tous pour un» — Один за всех и все за одного — был провозглашён ещё в 1648 году и утвердил равноправие в обществе. На Западе «tous pour un» является основой законодательства, обязывающая государство заботиться о человеке.

У большинства эмигрантов отсутствует римское понимание мира — «Где хорошо, там и родина». У всех нас есть внутренняя связь с Россией, эмоциональные личные «скрепы» с Общиной в самом широком смысле этого слова. Общеизвестное выражение «Россия-Матушка» - отнюдь не пустой звук для скитальца. И проявляются эти скрепы в словах и делах. А в моём личном опыте — в культуре. Этим белоэмигрант отличается от соотечественников, живущих в России.