Западная печать продолжает уделять значительное внимание первой зарубежной поездке Ангелы Меркель после избрания ее на пост канцлера Германии, в ходе которой она посетила Париж, Брюссель и Лондон. Конечно, журналистская братия и обозреватели пытаются не только анализировать политические устремления новой «фрау канцлерин» и ее планы в определении курса корабля, именуемого ФРГ, но и проникнуть поглубже в ее биографию, высветить черты ее характера, ее увлечения, считая, что все это в определенной мере может сказаться на управленческих манерах.

Немцы любят посмеиваться над своими политиками – новыми или старыми – причем, эти насмешки порой бывают весьма скабрезными. Многим понравилась реакция Меркель на одну из карикатур, которая была сооружена и провезена по карнавальным улицам города Майнца в нынешнем году. Там на платформе разместили огромную фигуру американского президента Джорджа Буша со спущенными штанами, и к его оголенной задней части ниже пояса была подставлена лестница, по которой готовилась взобраться Меркель. Это была своеобразная реакция ее политических оппонентов на проамериканские настроения лидера ХДС. Когда один из журналистов спросил у Меркель, не оскорбил ли ее этот карнавальный «экспонат», она ответила: «Нисколько. Настоящий политик должен быть любопытным и знать все о своих политических партнерах».

А теперь свершилось: Ангела Меркель стала первым в истории Германии канцлером женского пола. Некоторые комментаторы склонны объяснять успех Меркель ее “женской логикой”. “Она делит мужчин на две группы, - пишет публицист Александр Осанг в статье “Железная девушка”, - на тех, кто способствует ее карьере, и тех, кто чувствует себя использованным». Другие отмечают способность Меркель философски формулировать проблему. Некоторые ее перлы немцы повторяют, как россияне - высказывания Черномырдина: “Мы, консерваторы, хотим сохранить то, что требует сохранения, и развивать то, что требует развития”. Или: “Я высказала не глупость, а ошибочное мнение”. А вот дамы-модераторы с новостного телеканала считают, что главная черта нового канцлера - железная выдержка и способность отступить, чтобы затем наступить всей стопой. Женская логика?

Мергель предстоит теперь перенести свой офис в здание официальной резиденции , расположенное неподалеку от Рейхстага. Построено здание при Шредере, он же первым и обживал его (в народе резиденцию из-за конструктивных особенностей называют «стиральной машиной»). Вместе с Ангелой в резиденцию по традиции должно въехать и ее искусство. Харизматический Шредер превратил этот дом в музей своих художественных пристрастий, демонстрируя близость к художникам и писателям. А вот о художественных вкусах Меркель информации еще меньше, чем о других сторонах ее частной жизни. Зато известно, что ей очень импонирует Екатерина Великая. Портрет российской императрицы уже много лет висит в ее депутатском офисе.
Корреспондент Frankfurter Allgemeine Керстин Хольм по этому поводу пишет: «Никакая другая фигура не может напомнить политику Меркель о тех добродетелях, которые уходят корнями в ее восточногерманскую родину. “Сильная женщина” на российском престоле будет вдохновлять первую женщину на посту канцлера Германии. Портрет царицы Екатерины Великой в ведомстве федерального канцлера Германии может открыть новые горизонты российско-германских фантазий». 

Правда, сейчас еще трудно предугадать, какие конкретно «фантазии» в отношении России могут прийти в голову новому канцлеру. Однако уже многое позволяет предполагать, что в политике с Россией Ангела Меркель также намерена расставить новые акценты. На сентябрьской встрече в Берлине она заверила президента Владимира Путина, даже по-русски, что ее правительство продолжит линию стратегического партнерства с Россией. Нет сомнения, что так и будет, например, с его экономической составляющей. Кровная заинтересованность в надежном и долгосрочном энергоснабжении не побудит Берлин отказаться от балтийского газопровода при всей оппозиции проекту со стороны восточноевропейцев. Можно полагать, что резко поворачивать руль в отношениях с Москвой новому канцлеру не позволит и только что введенный в строй газопровод, проложенный по дну Черного моря к турецкому побережью. Турция, получив газ, станет серьезным конкурентом ФРГ в вопросах его перераспределения в те южноевропейские страны, которые сегодня еще не имеют этого высокоэффективного энергоносителя.
А вот политическая атмосфера в отношениях Берлина к Москве может претерпеть изменения. Но захочет ли Ангела Меркель изменить отношения с такими могущественными партнерами, как Россия и Китай? Некоторые немецкие правозащитные организации требуют от будущего федерального правительства более определенной критики ситуации с правами человека в этих странах. Такие настроения есть и в части консервативного лагеря.

Кроме того, эти задачи уже обозначены и в коалиционном договоре союза «черно-красных». Там же есть и упоминание и о чеченском вопросе. Объятий лидеров уже не будет, но это и не главное, если в области двухсторонних встреч на первый план выйдут отношения, определяемые долгосрочными интересами и задачами партнерства.

Интересная интрига усматривается и в первом зарубежном вояже нового канцлера и ее министра иностранных дел Франка-Вальтера Штайнмайера. В маршрутах этой поездки можно усматривать лишь демонстрацию приверженности курсу ФРГ. Однако посещение Парижа следует расценивать как нечто большее, чем просто дипломатический жест германо-французской дружбы. Ведь находясь в оппозиции, Меркель и ее сторонники рассматривали продление Шираком и Шредером оси Париж-Берлин до Москвы как ошибку. Аргументом этой точки зрения служило то, что Вашингтон расценил это как попытку создать противовес и соответственно на это отреагировал – например, демонстративно не поддержал стремления Германии стать постоянным членом Совета безопасности ООН.

Новые члены Европейского союза из стран Восточной Европы также с подозрением относились к этой оси, полагая, что большая политика делается через их голову. Однако возможностей влиять на политику ЕС у Германии, равно как и у Франции, за последние годы заметно поубавилось – из-за упадка экономики, резкого роста безработицы и позиции французов по отношению к конституции ЕС и взглядов на проблемы глобализации. Но отметив свой первый зарубежный визит прибытием именно в Париж, Меркель напоминает, что с Францией и Германией необходимо будет считаться, когда они действуют заодно, даже если они уже и не являются мотором европейской интеграции.

Небезынтересно и то, что Ангела Меркель приходит к власти в период, когда у ее важнейших партнеров - Ширака, Блэра, Берлускони, Буша и Путина - заканчиваются сроки пребывания на высших постах. И хотя это и дает ей возможность для определенных политических маневров, она хорошо понимает, как важно, чтобы Берлин и Париж с самого начала находились «на одной волне». Видимо, канцлер учла и высокие шансы на победу в предстоящих президентских выборах нынешнего министра внутренних дел Франции Николя Саркози, с которым у нее давние дружеские отношения. И, несмотря на предельно плотный график ее первых зарубежных визитов, нашла время встретиться с Саркози и «засветить» эту встречу на многочисленных телеканалах. Политика есть политика, она требует и пиаровских дивидентов.

Другая интрига заложена в том, удастся ли после серьезнейших внешнеполитических разногласий, лежащих между христианскими демократами и социал-демократами, выбрать, наконец, совместный курс. Ведь еще только вчера лидеры ХДС/ХСС упрекали Шредера в том, что на дипломатическом паркете он ведет себя, как слон в посудной лавке. Но сегодня в коалиционном договоре обозначены как основные и многие прежние шредеровские направления внешней политики. А нынешний новый глава внешнеполитического ведомства Франк-Вальтер Штайнмайер - тоже социал-демократ,он работал в ведомстве федерального канцлера при Шредере и проводил его политику. Тот факт, что в первом загранвояже Меркель участвовал и глава МИДа, скорее всего, можно расценить, как проверку возможностей сопряженности новой коалиции. И нельзя не заметить, что Штайнмайер достаточно ясно обозначил готовность находить компромисс между незыблемостью генеральной линии внешней политики Германии и необходимой корректировкой курса.

Не случайно для этого был выбран и маршрут в Лондон, где канцлер встречалась с Тони Блэром. Здесь Меркель раскрыла сразу две карты из колоды своей внешнеполитической игры. Первой она подчеркнула готовность «работать» с Лондоном, который постоянно проявляет строптивость по отношению к евросоюзовским новациям. А второй – показала Лондону желание встать на его сторону в вопросе сближения с США. Этот «посыл» и сделал глава МИДа, подчеркнув заинтересованность Германии в сохранении дружественных отношений с США. «Мы делаем ставку на сильную и уверенную в себе Европу, которая является надежным партнером наших американских друзей», - заявил глава берлинского МИД и подтвердил свое намерение еще до конца года посетить Вашингтон с визитом. Все это не осталось незамеченным по ту сторону Атлантики. Из США уже поступил сигнал готовности идти на сближение с Берлином. Как сообщают немецкие СМИ со ссылкой на госдепартамент США, Вашингтон намерен значительно усилить контакты с Германией и способствовать созданию “нового климата” в двухсторонних отношениях.

Кроме того, Ангела Меркель уже заявила, что будет проводить более гибкую и открытую политику по отношению к небольшим европейским странам. Впредь они могут не опасаться того, что на них обрушится железобетонная ось германо-французской или германо-российской дружбы. Однако слишком больших надежд на эти заявления возлагать не стоит. Идеал единства мнений и интересов между всеми 25 странами-членами Евросоюза практически недостижим. Поэтому скорее всего в политике нового канцлера будут оставаться приоритетными стратегические и тактические интересы ФРГ.

Хорошо известна негативная позиция нового канцлера ФРГ по вопросу приема Турции в ЕС. И неудивительно, что турки были весьма обрадованы, когда консервативный блок ХДС/ХСС в Германии, вопреки всем прогнозам, не одержал решительной победы на выборах 18 сентября. Подобно тому, как российский президент Владимир Путин поспешил поздравить с победой на выборах в Украине Виктора Януковича, так и турецкий премьер Реджеп Эрдоган уже 19 сентября прислал свои поздравления Герхарду Шредеру — и тоже слишком рано. Канцлером все-таки стала Ангела Меркель, а турецкому лидеру пришлось придумывать обьяснение, что он-де поздравлял не Шредера, а социал-демократов, и не с победой, а с хорошим результатом на выборах.
Став главой правительства страны, Ангела Меркель уже не будет делать столь жестких заявлений о членстве Турции в ЕС, как это она себе позволяла, будучи в оппозиции. Ей теперь придется играть общую с ЕС игру. Понимают это и в Турции, и, видимо, именно поэтому так поспешил в Берлин глава турецкого МИДа, став фактически первым иностранным визитером в «истории» новой власти ФРГ. Но всем будет ясно, что и впредь за произнесенным ею вслух «да», на деле будет стоять «нет».

Некоторые обозреватели усматривают, что именно по настоянию христианских демократов нечетко была прописана в коалиционном договоре и позиция страны по отношению к настояниям Турции.

На это же обращает внимание и обозреватель Frankfurter Allgemeine Нина Веркхойзер. Присутствие многих туманных или округлых формулировок в коалиционном договоре она расценивает, как показатель отсутствия полного единства между христианскими демократами и социал-демократами по вопросам внешней политики. Но в спорных вопросах, делает вывод журналистка, просматривается скорее внешнеполитический курс христианских демократов. Газета справедливо предостерегает: «Если партнеры по коалиции выберут именно внешнюю политику полем будущих сражений - это будет наихудшим из всех возможных вариантов».

Но пока, к счастью, все скорее указывает на последовательное продолжение внешней политики Германии.