Дорогие читатели «Русской газеты»!  Этим материалом мы открываем новую рубрику «Уроки демократии». Страны, вступившие лишь недавно в Евросоюз, и те, которые готовятся стать членами «единой Европы», в том числе и Болгария, сейчас внимательно присматриваются к жизни западноевропейских государств – «ветеранов» Евросоюза. В этих странах уже функционирует хорошо обкатанный механизм демократии. Но и их сегодняшняя практика законодательной и правовой деятельности свидетельствует, что демократия – это не просто присутствие демократической конституции и соответствующих правовых инструментов, а живая  динамичная система, претерпевающая изменения в связи с меняющимися условиями жизни стран. Например, в Германии демократия и социальная рыночная экономика обуздали дикий капитализм и позволили создать социальной государство с гибкой системой управления.  И хотя эта система имеет уже большой стаж функционирования, продолжается ее совершенствование, происходят острые столкновение мнений и оценок правовых нововведений. Ответы на вопросы, как и для чего это делается, могут быть полезными уроками для молодых демократий.

ОТТО ШИЛИ И ПРОЧИЕ…

Так сбивать или не сбивать гражданский самолет в небе Германии, на котором находится сотня, а то и более,  пассажиров, но который захватили террористы? И что они задумали - неизвестно. Вдруг это – террористы-смертники, и они решили направить самолет на одну из многочисленных атомных электростанций страны  или на стеклянный купол Рейхстага? А вдруг члены его экипажа и пассажиры уже сумели обезвредить бандитов? Понятно, что это вопросы - огромной трудности и с точки зрения безопасности, и с точки зрения морали.

Все это весьма осложняет жизнь министра внутренних дел ФРГ Отто Шили. У него все время стрессы в связи с тем, что кто-нибудь все время ставит ему подножку в осуществлении законотворческих идей, либо он кому-либо отвечает тем же. Так, недавно на стол Федерального Конституционного суда легли бумаги, в которых опротестован недавно принятый Закон о безопасности воздушного пространства страны. Этот закон разрешает министру обороны отдавать приказ об уничтожении самолета, захваченного террористами, если это предотвратит еще большее количество жертв. Родился этот закон в кабинетах министерства внутренних дел. И надо полагать, что для Шили особенно неприятно то, что в числе тех, кто оспоривает этот закон, и двое его коллег – министры внутренних дел земель, где у власти находится коалиция ХДС/ХСС (Христьянско-демократический союз и Христьянский союз социалистов).

В связи с ситуацией вокруг этого закона интересна и позиция президента страны Хорста Келера. И даже не позиция, а комментарий, которым он сопроводил свою подпись под этим документом. Вообще, в истории страны очень редко случается, когда Федеральный президент вмешивается в политику. Он несколько похож по своим полномочиям с английской королевой, и в законотворчестве его подпись под такими документами является, скорее всего, традицией. Количество таких случаев за всю историю страны можно сосчитать на пальцах одной руки. В последний раз на такое решился в 1991 году Рихард фон Вайузиккер – он отказался ставить свою подпись о приватизации системы контроля за безопасностью полетов, усмотрев в нем нарушение Конституции. И подписал его лишь после того, как в Конституцию были внесены соответствующие поправки.

Так вот, Шили завизировал закон, но в своем комментарии, поставленном под ним, отметил, что закон дважды противоречит Конституции. Она, например, запрещает принимать решения на основе соизмерения ценностей жизни отдельных людей. И, второе, Конституция запрещает возможность использования вооруженных сил для решения внутренних проблем - это является задачей полиции. А Шили открыто выступает против позиции президента, и основой для этого избрал очень сомнительный аргумент, что, дескать, президент - не юрист, и где уж ему усмотреть тонкости законодательной деятельности. Но очень сомнительно, что Конституционный суд согласится с такими аргументами министра.

Неуютно чувствовал себя Шили и в конце минувшего года, когда в очередной раз предпринял усилия по расширению полномочий ведомства Федеральной уголовной полиции (ВКА). Сегодня это ведомство никаких следственных действий не ведет, а является лишь аналитическим центром, куда поступают данные о преступниках и криминальных организациях. Ему вменены также и международные контакты, и обмен информацией между правоохранительными органами страны.

Такие полномочия для ВКА были определены политическими мотивами. После Второй мировой войны страны-победительницы, основываясь на печальном опыте нацистской Германии, обязали децентрализовать и распределить полномочия между различными полицейскими структурами, секретными и разведывательными службами. Поэтому охраной порядка, например, сейчас руководят органы федеральных земель.

Требования расширения полномочий ВКА Шили начал сразу после терактов в США в 2001 году. А в конце прошлого года на одной из конференций по антитеррористической деятельности министр вновь внес эти предложения. Он потребовал представить этому органу право самостоятельно допрашивать подозреваемых, проводить за ними скрытное наблюдение, обыскивать граждан и объекты, прослушивать телефонные разговоры. Но аргументы Шили не смогли убедить большинство правящей красно-зеленой коалиции, усмотревших в этом ограничение гражданских свобод и появление неконтролируемой мощной спецслужбы, что противоречит Конституции. Поэтому предложение министра было вычеркнуто из концепции осуществляемой сейчас реформы социального устройства Германии
И все же чиновничьей братии иногда удается протащить сквозь демократические препоны правовые нововведения, нарушающие интересы граждан. Год назад Федеральному ведомству по контролю за банковской и финансовой деятельностью было предоставлено право доступа к информации обо всех счетах имеющихся в стране банков. А еще через три месяца такую возможность согласно Закону получат чиновники всех налоговых инспекций и социальных ведомств. Но профессор-правовед Гюнтер Видмайр по поручению банков и владельцев банковских счетов обратился с протестом в Конституционный суд. Авторы иска указывают, что суть их протеста не в том, чтобы защитить  тех граждан, которые скрывают доходы от налогов, а предотвратить размывание основ правового государства. Противоречие они усматривают в том, что Конституция дает право гражданам обращаться по защите своих прав в суд. Но как они могут опротестовать действия финансовых органов, если те проводят свои проверки скрытно? Похоже, что суд может согласиться со мнением профессора и его единомышленников.

Перечисленные факты свидетельствуют, что в стране действуют рычаги, способные помешать появлению правовых законов, ущемляющих интересы граждан.